Все тільки починається

Политика МВФ убивает Украину. Видеоконференция с Сергеем Яременко

Сергей Яременко
Экс-зампред Национального банка Украины Сергей Яременко на видеоконференции в focus.ua рассказал о том, почему Украина потеряла экономический суверенитет
Сколько на самом деле стоит гривня, что с ней будет, когда ее перестанет поддерживать Нацбанк?
Нацбанк, который должен проводить собственную монетарную политику, а также печатать деньги или изымать их из оборота при необходимости, не занимается этим должным образом. Поэтому деньги – кровь экономики – образуется у нас за счет внешних инвестиций, которые нам навязали.  Деньги – кровь экономики – образуется у нас за счет внешних инвестиций, которые нам навязали 
Существует миф о том, что у нас не может быть длинных денег и поэтому все ресурсы для промышленного роста, для инвестиционного роста – это иностранные деньги. Это очень противоречивая политика, потому что, с одной стороны мы говорим, что укрепляем и расширяем деятельность собственной валюты, она у нас должна быть самая привлекательная, с другой стороны – создаем условия, при которых она не может выполнить этих функций, потому что длинных денег Нацбанк и правительство не продуцируют.
В 2007-2008 гг банки выходили с займами к своим материнским компаниям и приводили внешний длинный ресурс – это и называется долларизация. А наши промышленные предприятия, нуждающиеся в длинных дешевых деньгах, выходили на IPO – рынок внешних заимствований и тоже получали под свои обязательства займы или финансирование.И тоже валюту.
Таким образом, не выполняя свои функции по существу, Нацбанк провозглашает любовь к гривне, а своими действиями приводит к тому, что у нас все больше растет долларизация экономики.
В этих условиях говорить о курсе гривни в будущем очень сложно. Он зависит от политики, выбранной Нацбанком и правительством.
Какой курс гривны является справедливым, рыночным?
Это всё псевдопонятия. Сейчас курс гривни удерживается  за счет внешних займов, которые превысили все разумные пределы. МВФ посчитал: вот вам 16 млрд долл., на 10 месяцев на дефицит платежного баланса хватит. После этого власти с гордостью объявляют, что курс будет вот такой.
Значит, курс будет стабильным, пока нас будет кредитовать МВФ?
Я бы так не сказал, потому что сливается много потоков и сейчас происходят очень большие структурные изменения на внешнем рынке. Надо смотреть на процессы, происходящие в мире, понимая, какое место занимает Украина в мировой экономике и финансах.
Сразу надо сказать, что наша страна не является активным игроком в силу ее удельного веса и в силу той политики, которую она приняла. Мы потеряли государственный суверенитет с принятием законодательных актов, которые сделали НБУ абсолютно независимым Мы потеряли государственный суверенитет с принятием законодательных актов, которые сделали НБУ абсолютно независимым .  Согласно этим актам, НБУ не отвечает ни за состояние занятости, ни за экономический рост, ни за процентную ставку – ни за что.
Говорят, за стабильность национальной валюты отвечает.
Я знаю, как это трактуют в Национальном банке. Все это можно увести в теоретические рассуждения, совершенно не занимаясь практикой. Сразу возникают вопросы: а за какую  стабильность – внутреннюю или внешнюю? Внутренняя – это инфляция (сразу перебегает в зону ответственности правительства), внешняя – это курс.
 В Украине существует финансовая модель, которая основана на принципах взаимоотношений между колониями и метрополиями: колония имеет право печатать столько денег, сколько она заработала в метрополии основной валюты.
Мы не имеем права печатать денег больше, чем поступило валюты извне.  Таким образом, если Международный валютный фонд дает 2 млрд долл, при нашем курсе – 8 грн/долл Украина может напечатать 16 млрд грн.
Азаров и Тигипко, не только НБУ, говорят о том, что без денег МВФ мы не проживем – они покрывают риски реформ.
Уже сегодня я не вижу другого выхода, кроме как прибегнуть к займам МВФ. Но 2 года назад была совершенно другая ситуация и она могла дать разворот.
В Украине живет миф о том, что деньги ищутся только на внешнем рынке, и мы должны себя очень хорошо вести, чтобы у нас была очень спокойная и благодатная обстановка для бизнеса, и тогда он придет. В этом много лукавства. Это один из мифов, на которых держится либеральная монетарная модель, которая работала до глобального кризиса 2008 года. В данный момент эта модель исчерпалась, но, тем не менее, в рамках работы МВФ с переходными экономиками она не потеряла своего смысла: укрепления и расширения зоны действия доллара через кредиты МВФ.
Займы, которые мы берем, не приводят к тому, чтобы создавать базу для аккумуляции средств для отдачи денег.
Что такое «валютная война» в мире, как это влияет на Украину? Кто с кем воюет и за что?
Эти войны можно еще назвать «парад девальваций», «курсовые войны».
Говорят о том, что сейчас идет вторая фаза кризиса. Я сторонник теории, которая объясняет, что не было первой-второй фазы, а просто был резкий спад вначале, а кризис продолжается. Это непрерывный процесс.
Последние 40 лет либеральная модель базировалась на постоянно растущем спросе, снижении процентной ставки, росте монетарных агрегатов и финансовой системы в мире. Этот 40-летний подъем обеспечивался включением нового механизма, который заключался в том, что если человек получает некую зарплату, то он может на нее купить условно 100 единиц. После 1980 года включился механизм рейганомики - кредитования физических лиц (до этого практиковалось только кредитование экономики – производителя). Население сначала с опаской восприняло это, но их успокоили: вы берите, а отдавать будем последующим перекредитованием и базировалась эта возможность на том, что всякий следующий кредит будет дешевле предыдущего. Так оно и было: начинали  с 16-19%, а сегодня 0 – 0,25%. Население стало покупать не на 100 единиц, а на 170-200. Это породило огромный спрос. 
Где-то в 2004-2006 гг этот механизм начал давать сбой, потому что кредитовать стало некого. Финансовая система выдала ровно столько, сколько могла, родилось масса вторичных финансовых инструментов, которые стали жить своей отдельной жизнью, и на этом тоже делались деньги. В самой финансовой системе делались деньги, хотя базисной ценностью всегда выступал какой-то реальный актив – завод, нефть или еще что-то. Последней попыткой роста потребления была недвижимость,  чем это закончилось в США и у нас, вы видите.
В это же время действовал механизм ВТО, который стер границы между государствами, и уже до каждого туземца доходили пепси-кола, компьютеры и другие товары  – рынок замкнулся, достигнув каждого потребителя.
В 2008 году, получив такую ситуацию, мы увидели, что была попытка стран-лидеров, в основном США, заменить совокупный спрос населения государственным.   Они начали вливания и думали, что к маю 2010 года это сработает. Но совокупный спрос не сопоставим даже с теми вливаниями, которые были сделаны Обамой с помощью печатного станка. Летом 2010 г к этому подключилась и Европа, потому что у нее тоже слюни текли, чтобы от обычного печатания денег получить дивиденды. Кризис Греции, Португалии и Ирландии был погашен за счет вмешательства Европейского центрального банка, который на 68 млрд евро предоставил преференций.
Тем самым было нарушено основное правило: нельзя печатать деньги и напрямую предоставлять их центральному банку. Но это нам нельзя, а им можно, потому что они выпускают свои обязательства в собственной валюте. Инфляция и т.д. – это уже вторично, нет самого дефолта страны -  и это самое главное. Да еще и выгодно. 
А нам навязывают займ в иностранной валюте, а мы ее не можем напечатать. Значит, чтобы рассчитаться с долгами,  мы должны вывезти реальные ценности на сумму на сегодняшний день около 70 млрд долл. Может ли наша экономика реально произвести столько ценностей, нужных на Западе, чтобы получить эти доллары и отдать их, в то же время еще и кормить свое население? Тут возникает большая угроза. В такой ситуации и курсовые, и социальные, и экономические вопросы очень остро ставятся.
Кроме того, сечас в мире появился новый игрок – Китай, который и на Западе, и у нас, и в России уничтожил промышленность по широкому спектру товаров, создал сложности со сбытом продукции. В связи с этим страны вынуждены следить за каждым экспортером, создавать условия, чтобы он мог продать свою продукцию в мире. Зарубежные правительства и национальные банки выступают горой за национального производителя. Идут нормальные торговые войны.
Т.е. валютные войны ведутся государствами за своих экспортеров?
Это война национальных банков с целью не допустить укрепления валюты и не ослабить положение своих экспортеров.
Пример такой войны – Европа. Кризис в Греции позволил Европе ослабить собственную валюту, вследствие чего они получили рост экспорта в США и за пределы еврозоны, погасили долги, рынок восстановился, евро укрепилось. Теперь оживление появилось у США – разыгрывается карта Ирландии.
Западные страны довели дефициты своих бюджетов до 9-12%, но им это можно, потому что они «учителя». Нам же МВФ запрещает это делать, мы стремимся к дефициту 3%. Поэтому у нас такая ситуация. Это должно было давно дойти до нашей экономической элиты. Такой разный подход к странам – нарушение самих принципов либеральной модели. 
Украина давно утратила свой валютный и финансовый суверенитет, а руководители страны отчитываются о том, что хорошо выполнили все обязательства МВФ – хорошо выполнили все то, что убьет нас Руководители страны отчитываются о том, что хорошо выполнили все обязательства МВФ – хорошо выполнили все то, что убьет нас , для того, чтобы получить очередной транш. Этим траншем краткосрочно закроют дырку.
Очень сильную зависимость от кредитов МВФ Украина получила за предыдущие два года. Вырваться из этого круга пока невозможно в силу сделанных политических обещаний. Никто не решается сказать, что время «Ч» наступило.
МВФ в 1990 гг. проталкивал модель монетарной политики на либеральной основе как наибольшее благо для всего мира. Пользу от этого получили США, а переходные экономики абсолютно ничего не получили, кроме мифа: делайте как мы и у вас все получится. Нельзя странам с неконвертируемой валютой делать то же, что делают гоударства с конвертируемыми валютами.
Что происходит сейчас с курсом евро? Это вопрос пользователя.
Курс евро в мире сейчас стабилен, нет сильных колебаний – 1,41 в соотношении к доллару. Мы же не определяем курс евро, мы его выражаем в гривне, которая привязана к доллару.
Почему банки сейчас не кредитуют экономику? Когда может измениться эта ситуация?
Я эту ситуацию называю «ловушкой ликвидности».
В 2008 г. банки привлекли много средств под высокие проценты. В такой ситуации они могли кредитовать только под 30-35%. Длительное отсутствие кредитования привело к падению производства продукции в Украине и падению в целом ВВП. Кредитовать стало некого. 
Тут работает еще один наш миф: процентная ставка должна быть выше инфляции.
Сейчас экономика нуждается в длинных дешевых кредитах: на 1-3 года под 5-7% в гривне. Если мы этого не сделаем, нас ждет очень нехорошее будущее.
Государство должно заставить банки выдавать такие кредиты?
Еще один миф: банковская система должна получать самый высокий и самый стабильный доход.
Я одному банкиру зимой посоветовал снизить процентную ставку по кредитам до 4-5%, чтобы выжить. Он это сделал, теперь у них есть клиентура - они перехватили заемщиков у других банков.
В данный момент банки не могут сами решить эту проблему, потому что кто-то должен начать первым выдавать дешевые длинные кредиты, но этот первый не находится.
Эта ситуация требует жестких мер правительства и Национального банка.
Новый налоговый кодекс: налог на депозиты нужен?
С любого вида деятельности надо платить налог. В этом нет ничего страшного.
Есть ли смысл в инициативе НБУ уменьшить количество банков? Сколько банков должно быть в Украине?
Сейчас мы имеем банковскую систему, по размеру сопоставимую с одним из четверки польских банков. У НБУ нет стратегии развития банковской системы, отношения к иностранным и государственным банкам и т.д. Он просто пытается делать какие-то действия, отвлекает внимание.
Ни один из рисков, который характерен для настоящего времени, не устраняется изменением структуры банковской системы. Кризис показал, что не от величины банка, а от его кредитной политики и политики привлечения пассивов зависит его эффективность.
Банки надо выращивать, заставляя их делать то, что выращивает собственную экономику или способствует ее росту.
У многих граждан осталось чувство страшной несправедливости от того, что и государство, и банки их обманули. Сначала банки навязывали валютные кредиты, гривневый кредит взять было практически невозможно, а потом опустили курс и все курсовые риски переложили на заемщиков. За это никто не ответил, были судебные иски валютных заемщиков к Нацбанку за то, что он не обеспечил стабильность национальной валюты, эти иски были проиграны.
Иск нужно было предъявлять к непосредственному руководителю Нацбанка. А он продолжает получать медали. Отсутствие монетарной политики Национального банка привело к тому, что у банковской системы и не могло появиться ресурсов для обеспечения кредитования, т.е. не были созданы длинные ресурсы в гривневой массе для удовлетворения потребностей заемщиков в кредитовании. 
Мало того, не существовало ограничений. На встрече со Стельмахом весной 2008 года я показал ему на графике, что кредиты населения стали больше, чем его депозиты. Я предложил ввести ограничения для банков: 60% - корпоративные кредиты, 40% - кредиты населения. Но реакции не было. По ограничению валютных кредитов - тоже.
Свободный ресурс был только за рубежом. Эти кредиты - в валюте - с удовольствием давали. Эти деньги сюда даже не заходили. Они предоставлялись производителям на Западе, продукция которых завозилась в Украину в виде холодильников, машин, кофеварок и т.д., и продавалась нашим потребителям. Таким образом, потребитель в Украине простимулировал развитие иностранных экономик. Валютный долг остался на нас, а развитие – там.
Это следствие некомпетентности или злого умысла НБУ?
Я бы это назвал преступной халатностью руководства Национального банка Украины, хотя регулятор перекладывает все на коммерческие банки.
А что делать сейчас тому, кого угораздило взять валютный кредит?
Это кошмарная ситуация. Население пока погасило только проценты, к телу кредита еще не приступало.
Я не вижу реальных возможностей в существующих экономических условиях при существующих зарплатах выхода из ситуации – стреляться и всё.
Без помощи государства не справиться?
Я не вижу, в чем помощь государства может быть. Этого нельзя было допускать. Я бы назвал это финансовым крахом. Такой рост курса валюты в долларизированной экономике приводит к развалу всей системы.
Значит, кого-то будут банкротить - или заемщиков, или банки?
Банки сильнее разрозненных заемщиков. А власть – бездействует.
http://focus.ua/economy/156404


Курс валют на портале Finance.ua

 

Курси дорогоцінних металів: курс золота, срібла, платини і паладію